Главная Мнения Инновационные игрушки и новые каналы сбыта

Инновационные игрушки и новые каналы сбыта

23.08.2018 в 12.03 139Просмотров: 139 0Комментариев: 0
Цикл авторских передач президента Национальной ассоциации игрушечников России (НАИР) Антонины Цицулиной на канале "Медиаметрикс" посвящен разным аспектам развития рынка игрушек. 30 июля разговор шел о конкурсе «Инновации для детства», который стартовал 2 июля. Необычный разворот темы связан с номинацией, которую учредил Государственный институт русского языка им. А.С. Пушкина, — «Игры и игрушки для изучения русского языка". У победителей номинации, как считают организаторы конкурса, открывается возможность найти новых торговых партнеров.



Гости программы — ректор Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина, доктор педагогических наук, профессор Маргарита Русецкая и основатель и руководитель группы компаний «Новый Диск» Борис Гершуни рассказали не только о том, как можно визуализировать русский язык через игры и игрушки и получить от этого прибыль, но и о других «скрытых» возможностях, которые можно найти на стыке науки и бизнеса.

— Антонина Цицулина: Как обычно, каждый понедельник в 17 часов мы обсуждаем в прямом эфире тему игры, игрушки. Сегодня у меня в гостях два замечательных гостя — это Маргарита Русецкая, ректор государственного университета русского языка имени Пушкина, и Борис Гершуни, основатель и руководитель группы компаний «Новый Диск». Говорить мы будем про игры и игрушки, которые связаны с нашим инновационным конкурсом, а точнее — со специальной номинацией, которую учредил институт, — «Игры и игрушки для изучения русского языка». О тех явных и скрытых возможностях, которые мы можем получить от синергии наших усилий. Но сначала вопрос, который вызывает улыбку: помните ли вы свою любимую игрушку детства, какая она была, и с чем она у вас ассоциируется?

— Маргарита Русецкая: Конечно, помню. Это были пупсики — маленькие куклы, мини-копии людей. Не современные пупсы: гротескные, с пузиками, с крупными глазами, с губками бантиком. Это была очень антропоморфичная копия ребёнка, очень пропорциональная, очень милая, с очень таким интеллектуальным, приятным выражением лица. Эти пупсики давали широчайший спектр возможностей организации игры. Во-первых, всё, что касается чисто женской сферы: пупсика нужно было одеть, потому что к нему не прилагался, как сейчас для Барби или других кукол, гардероб вечерних, дневных, школьных и прочих платьев. Соответственно, крючок нам был в помощь для вязания. Я даже помню, как из папье-маше туфельки для этих пупсиков изготавливались. Ну и, конечно, жильё, быт надо было обустроить этим пупсикам. У меня было очень достойное жильё для моего пупса. Родители, представляете, целую тумбочку под телевизором отдали под однокомнатную квартиру пупса.
И там было всё очень серьёзно. Естественно, с помощью родителей был проведён свет, который от батареек включался. Были торшеры, кровать со всеми принадлежностями для сна, стол, посуда — всё мини-мини. Знаете, это одно из самых ярких впечатлений детства, когда открывая эту тумбочку ты открывал целый мир.
Всё, что было в моей голове, крутилось вокруг этого пупса, его пристрастий, его увлечений, его склонностей, личных характеристик. Я была уверена, что когда я заканчиваю игру с пупсом, его жизнь на этом не заканчивается, а наоборот. Мне казалось, что когда я закрываю тумбочку, то вот там и начинается самое интересное. И что он, несомненно, продолжает жить своей жизнью. Просто не могло быть иначе. Мне казалось, что если эту тумбочку постараться тихонечко открыть так, чтобы моё вмешательство не было замечено, то я обязательно подсмотрю, как он передвигается, спит, включает свет, достает книжки с полок и так далее. И вот ни разу, как бы я не пыталась быть осторожной, мне этого, конечно, не удалось подсмотреть — живой мир пупсика, но я в это очень долго верила.

— Антонина Цицулина: Мы же точно знаем, что когда открывалась тумбочка, точно переставлялись книжки, мебель стояла по-другому.

— Маргарита Русецкая: Конечно.

— Борис Гершуни: Классический сюжет, который потом многократно в голливудских фильмах использовался.

— Антонина Цицулина: Яркая такая история. Борис?

— Борис Гершуни: У всего нашего поколения был такой, очень похожий набор игрушек, может быть ограниченный в чем-то. Об этом редко вспоминаешь, вообще не помнишь. Вот вы сейчас задали вопрос, и я пытался перебрать в памяти те игрушки, которые у меня были. Вспомнилась история, похожая на ту, что рассказала Маргарита Николаевна. Очень хорошо помню, как несколько лет подряд ежедневно играл в солдатики. Их было сначала мало, потом много-много, и все игрушки выстраивались вокруг солдатиков. Сначала это была военная игра, потом мирная история. Я всё время их куда-то перевозил машинками, которые у меня тоже были. Пытался для них построить город из кубиков. И солдатики всем этим руководили, во всем этом жили.
Что интересно, потом, когда уже в старших классах школы и в институте, появились стратегические игры, они стали самым любимым развлечением — игры типа Civilization, типа SimCity, в которых надо было что-то создавать, строить, завоёвывать. Качество этих игр всё улучшалось, улучшалась, и ты уже чувствовал себя настоящим стратегом, настоящим руководителем.

— Антонина Цицулина: Игра — это, конечно, целый мир. Я знаю, что у вас есть дети, которые в том возрасте, в котором либо начинают играть в игры, либо прямо активно-активно играют. Ваше видение сегодняшней игровой деятельности детей, оно сильно будет отличаться от того, которое было у каждого из нас?

— Борис Гершуни: Младшей сейчас 3 с небольшим. У нее игрушек много разных, мы купили недавно кухню, которая очень похожа на настоящую. Ей прямо очень понравилось, она каждый день приходит, каждый день что-то готовит, каждый день что-то делает, что-то изображает.

— Антонина Цицулина: Маргарита, а Вы какие покупаете?

— Маргарита Русецкая: Мне кажется, что важнее даже не сама по себе игрушка, а то, как эту игрушку ввести в мир твоего ребёнка, и какие сценарии вокруг этой игрушки существуют. Современная игрушка настолько многофункциональна и мультимедийна, она настолько разнообразна - что ни помыслишь, обязательно на прилавках можно найти. В этом и плюсы, и минусы. Потому что основная беда современного поколения детей, как показывают результаты научных исследований, - это неразвитое воображение. Современные дети объективно, достоверно отличаются от предыдущих поколений детей именно этим — они не умеют мечтать, не умеют представить, что кусочек дерева может быть то автомобилем, то танком, то пароходом, потому что они всё это имеют уже в виде действительно готовых пароходов, танков и так далее. А у нас один и тот же брусок мог быть, в зависимости от ситуации, то одним, то вторым, то третьим. Поэтому нельзя возлагать надежды, что мультимедийная, многофункциональная игрушка решит сама по себе проблемы развития речи, интеллекта, воображения. Это очень важно.

— Борис Гершуни: Очень важно не только то, что дают родители, а что ребёнок получает из детского сада, из школы, что ему дает система образования. Вот у моих старших сыновей было стандартное образование, там система сразу накладывает ограничения на ребёнка. Младшая дочка учится по Монтессори, и это совершенно другое, разница огромная. Ребёнок открыт ко всему. Он совершенно свободен в своих фантазиях, никто никакие ограничения на него не накладывает в садике. Мы удивляемся каждый день тому, что она придумывает. Понятно, что это свойственно всем детям — придумывать, но потом система образования как-то начинает всё это отрубать, ограничивать ребенка, и многие вещи исчезают.

— Антонина Цицулина: Поддержу тему, так как знаю результаты исследования, по которому выяснилось, что на свободные игры детей, когда они играют в то, что им интересно, в наших детских садах отводится всего полчаса. Мы все гордимся, что в Российской Федерации 99, а считай 100% детей от 3 лет до 6 охвачены системой образования. Что они 5 дней в неделю по 10, а то и 12 часов проводят в дошкольных учреждениях, и мы в полной уверенности, что там они в коллективе, наиграются, наобщаются, начитаются. Но все не так просто. Это серьёзный предмет для заботы всех нас.
Давайте поговорим, где место игрушки, в том числе в продвижении русского языка, в изучении русского языка. И попытаемся определить, где место нашей промышленности в больших государственных программах, которые реализует институт русского языка.

— Маргарита Русецкая: Русский язык мы сначала усваиваем спонтанно, по подражанию, в семье. Роль игры, игрушки здесь чрезвычайно велика, потому что через игрушку, через игровые потешки, стишки усваивается и грамматика, и лексика, и фонетика. Дальше — школа. Безусловно, мы знаем, что дошкольный и младший школьный возраст - период игры, когда через игру и игрушку формируются ещё и учебные действия. Начиная со средней школы, русский язык становится не просто предметом, а метапредметом. Поскольку качество владения письмом и чтением, понимание текста, грамотная работа с текстами обслуживает академическую успешность по всем предметам. Есть статистика даже по ЕГЭ о том, что в каждом предмете абсолютно, будь то физика, математика, химия, есть доля русского языка, роль русского языка. Поскольку многие неуспешные ответы —результат не предметных знаний, а результат непонимания инструкции. Ребята просто неправильно прочитывают инструкцию, не выполняют правильно задание именно потому, что не сформирована языковая компетенция работы с текстом.
Если говорить дальше о профессиональном образовании, то безусловно, русский язык является важнейшим фактором конкурентоспособности на рынке труда. И работодатели сегодня отмечают, что среди всех компетенций, квалификаций они первое место выводят владение языком, устные речевые коммуникации и письменные речевые коммуникации. Поскольку русский язык, уровень его сформированности, это и есть показатель когнитивных способностей. Рынок труда меняется очень быстро, профессии уходят, устаревают, приходят новые, поэтому русский язык, овладение русским языком является универсальным индикатором, насколько человек будет готов перестраиваться и может быть успешен в разных коммуникативных ситуациях.
Хочу обратить внимание, что для многих регионов нашей страны русский язык не является родным. Более чем в 20 регионах родной язык не русский, а другие языки - татарский, башкирский, якутский и т.д. Русский язык усваивается там, как второй язык. В соответствии с этим есть задача, которая сегодня, не могу сказать, что одинаково успешно во всех регионах решается, но попытки делаются, по организации билингвального обучения. С раннего возраста билингвальные детские сады, в которых для изучения русского языка — широчайший спектр. Это особые дидактические средства, настольные игры, речевое сопровождение для традиционных, казалось бы, игр.
Ну и третье, это, безусловно, русский язык за рубежом. Там, где его хотят поддерживать в семьях наши соотечественники, там, где его изучают как иностранный язык. Русский язык сохраняется как школьный предмет, как иностранный предмет. Поскольку изучение любого иностранного языка не может идти в отрыве от культуры, то одна из концепций, созданная в институте Пушкина, это как раз лингвострановедение, изучение языка через погружение в культуру. Ну и как же для детей изучать язык без погружения в культуру игрушки.

— Антонина Цицулина: Давайте мы сегодня ограничимся 2-мя темами. Это игрушки для изучения русского языка для детей дошкольного и младшего школьного возраста. И обязательно затронем всё, что касается инноваций, потому что для сегодняшней промышленности при сохранении традиционной игры и игрушки необходимо думать и о новых технологиях. Борис, ваша компания, с одной стороны, уже очень давно на этом рынке — больше 25 лет. С другой стороны, будучи в авангарде всего, что касается цифровизации, компьютерных игр, того, что связано с новыми технологиями, Вы сейчас инвестируете, в том числе, например в производство классических книг. Как Вы думаете, если говорить о том, как мы будем изучать русский язык с детьми, которые только рождаются?

— Борис Гершуни: Все средства обучения русскому языку делятся на 2 больших группы. Первое, это то, что мы видим в материальном виде, и там, конечно, многообразие большое — это и бумажные книги, и различные дидактические карточки, и различные плакаты или разные азбуки, из разных материалов, даже электронные различные книжки, которые говорят.
Вторая огромная группа, это то, с чем ребёнок сталкивается в цифровом мире. Сейчас, как мне кажется, самое интересное происходит именно в этой, во второй группе. Там просто всё меняется с огромной скоростью. Дополненная реальность и виртуальную реальность, смешанная реальность. Недавно показали первый прототип magic leap, то, что будет, возможно, одной из самых интересных технологий будущего, когда компьютерная реальность накладывается на существующую в реальности. Все эти продукты в цифровом мире, они, конечно, дают совершенно иное представление для детей и для взрослых.

— Антонина Цицулина: Можно прочувствовать, эмоционально погрузиться?

— Борис Гершуни: Да. Понятно, что это не подходит для маленьких детей, для них остаются традиционные средства, поэтому мы занимаемся довольно много традиционными вещами, такими как книги. Мы их делаем для детей до 5 лет, до этого возраста компьютерные технологии скорее не нужны, иногда даже вредны. Там все традиционное, развивающее фантазию и гораздо больше влияет на детей.
Но с определённого момента, с определённого возраста всё, что происходит в цифровом мире, гораздо интереснее ребёнку, с учётом того, как развивается сейчас цифровая педагогика, какие появляются новые возможности у цифровой дидактики. Очевидно, что всё большая часть обучения будет прикладываться в сторону различных цифровых платформ.

— Антонина Цицулина: Да, здесь такие две крайности. С одной стороны, очень много говорят об ограничении, например, искусственного интеллекта либо цифрового мира в раннем возрасте детей, тогда, когда надо чувствовать этот мир каждый клеточкой своего тела. Я помню достаточно много лет назад, когда коллеги, которые являются основоположниками развития IT, открыли детский сад в Силиконовой Долине, где полностью убрали планшеты, телефоны...

— Борис Гершуни: Но потом всё равно разработали платформу цифровую.

— Антонина Цицулина: Да, поэтому мы говорим о том, что эти два мира надо гармонизировать. Мне сейчас очень интересен опыт коллег, та программа, которую реализует Китай. Когда они в нескольких тысячах детских садов выбрали время и организовали места для открытой игры детей, где они могут играть со всеми природными материалами. Самое главное — из детской игры убрали взрослых. И оказалось то, что дети любят и могут играть, умеют организовывать свою игру, главное - не ограничивать их. И моё понимание — надо учить играть взрослых, запрещать им ограничивать игру детей.

— Борис Гершуни: Я хотел рассказать про гармонизацию предметно-пространственной среды и цифровой среды. Очевидно, что развитие будущего заключается в том, что эти две среды будут сливаться. И у нашей компании уже сейчас есть несколько продуктов, которые делают шаг в этом направлении, гармонизируют эти среды. Например, у нас есть такой класс продуктов, который называется интерактивные конструкторские среды. Это свободная среда, где ребёнок может создать любой объект. Есть два продукта из этой серии. Один называется «Фантазеры», второй — «Сделай сам, создай свою историю». Общая идея там одна и та же: ребенок создаёт некоторый цифровой объект, и потом рисует, раскрашивает, анимирует, и дальше может его, например, распечатать на принтере, вырезать, если это театр и играть, как обычный настольный театр. А может играть в цифре и обмениваться с другими детьми в цифре. Очевидно, что тут огромная значимость языка, потому что ребенок должен придумать сюжет, должен всё это озвучить построить разные конструкции вокруг этого. И будущее, наверное, за такими вот гибридными средами.

— Антонина Цицулина: Согласна. Исследования говорят, что скоро нам придётся вводить категорию игр, называющуюся «гибридные игры». Но вернёмся к русскому языку. Я помню, как когда-то я была полностью потрясена музеем иврита: как через формат игры, игрового оборудования коллегам удалось показать всю полноту языка, всё многообразие, всю его сложность. С этого момента я мечтаю о музее живого русского языка, потому что понимаю, насколько мы могли бы и можем богаче показать наш русский язык. Я рада, что этой темой заболела Маргарита. Это, мне кажется, очень большая, многолетняя и очень важная история.

— Маргарита Русецкая: Несомненно. Во-первых, ещё раз хочу сказать спасибо за то, что в своё время Вы рассказали об этом музее в Тель-Авиве, и мы действительно вот уже, наверное, три года нашими научно-исследовательскими структурами института эту идею развиваем. Уже созданы и концепция, и прошли обсуждения различных модулей. Безусловно, русский язык заслуживает своего музея. Но когда мы стали описывать музейные модули, то столкнулись с тем, что визуализировать, сделать современное музейное пространство языка не так легко.
Мы понимаем, что сегодня всё музейное дело движется в интерактив. И современные музеи, которые открываются в последнее время, они — образовательные, познавательные, мультимедийные. И именно таким, конечно, должен быть музей русского языка. А вот как визуализировать русский язык, как визуализировать языковые процессы? Это задачка не из тривиальных, согласитесь. И когда зашла речь о том, чтобы попробовать это сделать через игру и игрушку, мне показалось, что мы на верном пути. Потому что, действительно, как мы уже говорили, усвоение языка в раннем детстве невозможно без речевых игр и без игрушек. И попробовать методику обучения языку представить в дидактических средствах, в играх, в речевых играх и в речевых сопровождениях к другим играх.

— Антонина Цицулина: И творческих, нарисовать можно язык.

— Маргарита Русецкая: Да, несомненно. Вот это, мне показалось, хороший вызов даже для учёных, для методистов. Это новая ступень, на которую можно подняться только с производителями игр и игрушек. Конечно, это должно быть очень технологично, современно, функционально. Мы готовы написать техническое задание к такой идеальной игрушке для усвоения русского языка.

— Антонина Цицулина: Ловлю на слове. Хочу обратиться к разработчикам, к авторам лучших программ по изучению русского языка, коллеги, присоединяйтесь! Заходите на сайт http://www.iclub-rnta.ru, заполняйте конкурсную документацию и участвуйте в конкурсе!

Источник: acgi.ru

читайте также

«Создать игру, которая добьётся успеха в мире - вот это вызов»

Игра сегодня присутствует во всех сферах жизни: играют не только дети, но и взрослые. Тему игр, которые могут покорить не только российский рынок, но и зарубежный, а также перспективы открытия профобразования для создателей игр подняли в авторской передаче Антонины Цицулиной «Да-Игра!» и обсудили с Александром Савенковым, директором Института педагогики, психологии и образования МГПУ и Дмитрием Кибкало, совладельцем сети магазинов настольных игр «Мосигра».

Нравится
В этом разделе Вы сможете прочитать эксклюзивные беседы "Сегмент.Ру" с представителями различных компаний рынка и другие интересные интервью
В это поле Вы можете ввести, что угодно: свой номер телефона, кличку собаки или прозвище начальника. Единственное условие - запомните введенный код, потому что без него Вы уже не сможете снова воспользоваться выбранным ником. Зачем это нужно? Гостевой код не позволяет посторонним людям оставлять комментарии от Вашего имени. Сегмент.Ру заботится о своих пользователях и их репутации!
Необходимо пройти авторизацию на сайте!
Регистрация
Войти через loginza